Я женщина, сияю тысячами лиц. Я ведьма, странница, бунтарка, святая грешница. Кухарка, хозяйка, стерва, королева-мать. Я дочь богини, внучка Анны. Сквозь поколенческие раны бабули шепчут мне в ночи: «Люби, звучи, сияй, родная, ведь мы старались, как могли». Храню в себе сундук Пандоры. Я Кали, Гера, Ева и Лилит. Я Афродита, Персефона, императрица всей тени, и я хранительница знаний Её Величества Луны. Она даёт мне все ответы через пророческие сны. Проснусь я рано, в школу соберу детей, накрашу губы, сяду в тишине. И разорвусь, познав всю боль, страданье, горе, — я не устану воспевать любовь и веру, всё то, что даже смерти не отнять. Я больше не делю — объединяю. Всё то, что вижу, то боготворю. Творю я магию в быту, и то, что спрятано в виду. С сестрицами спою в кругу, мы соберёмся вновь на полную луну. Покрутят снова у виска: «Ну вот, она совсем ку-ку». Ведь стыд веками сковывал мечту. Но впредь я не предам себя — вон ту шаманку, скачущую в поле, босую в утреннем саду, хозяйку-мать и дикую волчицу, провидицу в своём роду. Я знаю лишь одно: я больше не предам свою свободу. Пойду сварю я борщ, ну или зелье. Никто не знает мой секрет. Мне снова крикнут: «Преступление!» Но мне давно плевать на их запрет. В себе храню я искру перемен, и пламя очага, и горе инквизиции. Знакома мне изменчивость их мнений: сегодня суд, а завтра пьедестал. Лишь интуиции останусь я верна, идя навстречу новым временам. Сквозь сотни лет былых страданий я продолжаю верить и гореть —гореть мечтой и смелой правдой, для дочерей её беречь. Я женщина, а значит я свободна. И я Боженственно сильна. Я — это ты. И зов всех женщин мира звучит сейчас сильнее, чем война. muza.om